СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ЭФФЕКТЫ ТРАНСФОРМАЦИИ СОЦИАЛЬНО-ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЙ В УСЛОВИЯХ ПЕНСИОННОЙ РЕФОРМЫ И ЦИФРОВИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ

Современные тренды в экономике характеризуются многообразными трансформациями и реформами. Так, с одной стороны, цифровизация, направленная на экономический рост и повышение качества жизни, обуславливает кардинальные изменения содержания и характера труда, что требует новых знаний, умений и навыков. Цифровая экономика нуждается в мобильных креативных работниках, готовых и способных работать в высо-кодинамичной цифровой среде, обладающих необходимыми цифровыми компетенциями. Это находит отражение в зарубежных исследованиях, которые говорят о том, что более 50% рабочих мест в США и странах Европы в течение предстоящих 10 лет с высокой ве-роятностью будут оцифрованы, то есть заменены искусственным интеллектом с примене-нием цифровых технологий (Арнц М. [1], С. Б. Фрей. [2], Зоргнер А.[3], Чанг Дж. Х. [5], Денглер К. [5]). Цифровизация обуславливает трансформацию социально-трудовых от-ношений (СТО), появлению новых форм отношений (дистанционные, нестандартные формы занятости, аутсорсинг и т.п.), которые чаще всего заключаются в виде гражданско-правовых договоров. Соответственно, в рамках данных договоров отчисления в пен-сионный фонд являются не обязанностью работодателя, а добровольным желанием  ра-ботника. Выявленные тенденции приводят к значительному снижению объема поступлений в пенсионные фонды и количества работодателей как страхователей. Так, в соответствии с данными Пенсионного фонда России [6] количество работодателей как страхователей сократилось с 9,4 млн в 2016 году до 8,9 млн в 2018 году при росте  количества  пенсионеров с 42,9 млн чел до 43,9 млн чел. С другой стороны, демографические тенденции, выраженные в увеличении доли по-жилых граждан в возрастной структуре населения (старение населения) [7, с.9], приводят к пенсионным реформам и удержанию на рынке труда работников старшего возраста (на предприятиях), которые не обладают достаточным уровнем цифровой грамотности и цифровыми компетенциями.  Кроме того, ряд российских (Гурвич Е. Т., Иванова М. А) и зарубежных исследователей  (Н. Маэстас, Маллен К. Дж., Пауэлл Д.) [8] пришли к выводу о том, что увеличение доли работников старшего поколения снижает рост производи-тельности труда, замедляет инновационные процессы и затрудняет внедрение новых тех-нологий. Так, по их расчетам при росте доли работников старшего поколения на 10 % рост ВВП замедляется на 5,5 %. [7]. Отмеченные тренды и противоречия актуализируют исследования трансформации социально-трудовых отношений в контексте пенсионной реформы [9] и цифровизации как более широкую задачу по обеспечению повышения ка-чества жизни населения и экономического роста за счет достижения баланса интересов сторон социально-трудовых отношений и эффективного использования человеческих ре-сурсов в условиях цифровизации экономики.  В рамках исследовательского проекта РФФИ на тему «Исследование влияния трансфор-мации социально-трудовых отношений на экономический рост и качество жизни населения в условиях институциональных изменений пенсионного обеспечения на основе системно-аксиологического подхода: теория и методология» [9] выявлена устойчивая взаимосвязь между системой социально-трудовых отношений и системой пенсионного обеспечения, представленная на рисунке 1.    Рисунок 1 - Схема взаимосвязи системы социально- трудовых отношений и системы пенсионного обеспечения Так, субъект СТО «работник», являющийся элементом системы социально-трудовых от-ношений, по достижении пенсионного возраста  переходит в систему пенсионного обеспечения, причем следует отметить, что он может еще некоторое время оставаться в системе СТО. Теоретический и методологический анализ данных категорий, проведенный автором, показал схожую смысловую направленность системы СТО и системы ПО - на обеспечение качества жизни, проявляющуюся как на общественном (в виде макроэкономических показателей экономического роста и уровня социальной напряженности), так и на индивидуальном (в виде удовлетворения нужд и потребностей человека) уровнях. Соответственно, происходящие трансформации в системе СТО приводят к изменениям в системе пенсионного обеспечения и наоборот.  В контексте данного исследования трансформация социально-трудовых отношений рас-сматривается автором как динамический процесс качественных изменений в компонентах системы СТО (в «институтах», «ценностях», «субъектах», «социально-трудовых процес-сах»), возникающий под воздействием цифровизации и социально-экономических реформ (в частности пенсионной реформы) и  приводящий к формированию новой системы СТО и синергетическому эффекту. Под синергетическим эффектом понимается достижение баланса интересов сторон в социально-трудовых отношениях. Следовательно, можно предположить, что баланс интересов сторон в системе социально-трудовых отношений способствует достижению баланса экономической и социальной эффективности, демонстрирующей экономический рост и повышение уровня качества жизни населения. Многочисленные зарубежные и российские исследования (Иванова М., Балаев А., Гурвич Е,  Нерлих К., Шрот Дж., Баррелл Р., Кирби С., Оразг А., Пэн X., Май Й) доказыва-ют, что повышение пенсионного возраста (пенсионная реформа) способствует экономиче-скому росту и повышению качества жизни, в частности лиц старшего поколения. В таблице 1 представлен обзор исследований влияния пенсионных реформ на экономический рост.  Соответственно, по мнению ученых, увеличение пенсионного возраста в краткосрочном и долгосрочном периодах приводит к  росту потребления, а в долгосрочном периоде еще и к уменьшению нагрузки на бюджет Следует обратить внимание, что в представленных в таблице 1 исследованиях рас-сматриваются только макроэкономические эффекты, где основным фактором экономиче-ского роста является увеличение трудоспособного возраста занятых в экономике. С точки зрения автора, следует учитывать и ряд других обстоятельств на уровне предприятия и индивидуальном уровне социально-экономического поведения конкретных работников в рамках социально-трудовых отношений. Так, рассматривая влияние изменений в системе социально-трудовых отношений на тенденции экономического роста, необходимо отметить, что кроме увеличения трудоспособного возраста, значимым является рост произво-дительности труда, что подтверждается исследованиями Дж. Мартинс [16], Нерлих С., Шрот Дж [11]. Ученые обращают внимание на качество человеческого капитала и трудовых ресурсов (в частности, концепции непрерывного образования, продление здоровой жизни и др.). Анализируя качество человеческого капитала в старших возрастах, автор также выявляет противоречия. Так, с одной стороны, наличие у работников старших возрастов сформированного человеческого капитала в виде знаний, умений, определенных навыков и опыта, с другой стороны - устаревание знаний, отсутствие навыков ориентирования в цифровой среде и низкая цифровая грамотность (таблица 2), что, соответственно, не способствует росту производительности труда и требует дополнительных финансовых вложений. Исследования Р. И. Капелюшникова [17], Г. Беккера [18]., Дж. Лью[19]  подтверждают снижение качества человеческого капитала по мере увеличения возраста работников. Кроме того, исследования, проведенные компанией HeadHunter, вывили то, что работодатели в современных условиях цифровизации предпочитают работников более молодого  возраста, готовых работать на условиях гибких форм социально-трудовых отношений.  Таблица 1 - Обзор исследований влияния пенсионных реформ в части повышения пенсионного возраста на  основные  макроэкономические показатели Исследование (авторы) Изменение макроэкономических показателей  в сравнении с базовым сценарием развития  ВВП Уровень потребления / сбережения Занятость/ Безработица Страны Евросоюза «Экономическое влияние старения насе-ления и пенсионных реформ» (К. Нерлих, Дж. Шрот, 2018) [11] Рост на 3,6 % ВВП на душу населения Рост на  4,1 % уровня потребления на душу населения:  Рост занятости  на 3,8 % Великобритания «Макроэкономическое воздействие от продления трудовой жиз-ни». Повышение пенсионного возраста для женщин с 60 лет до 65 лет (Баррелл Р., Кирби С., Оразг А 2011) [12] Рост  на 6 % к 2030 г. Рост уровня потребления на 7 % к 2030 г.  Китай «Старение населения, продление пенси-онного возраста и экономический рост в Китае - динамический анализ общего равновесия». Повышение пенсионного  возраста на один год (Пэн X., Май Й., 2013) [13] Рост  на 1,3 % к 2030 г. Рост уровня потребления 1,4 % к 2030 г. Рост безработицы на 0,2 п. п. в пер-вые два года, да-лее снижение до уровня базового сценария Страны ОЭСР Старение, государственные бюджеты, выход на пенсию и рост (Гонсалес-Эйрас М., Нипельт Д., 2012) [14] Рост на 0,30 -0,35 п. п. до конца столетия   Россия «Исследование  повышения пенсионного возраста,  анализ послед-ствий к 2030 г в России» (Иванова М., Балаев  А., Гурвич Е., 2017) [10] Рост  на 0,3 -0,5 п. п. в год   Таблица 2 - Основные показатели цифровой грамотности лиц старшего возраста* Показатели 2017 г. 2018 г. 2019 г. Прирост высокопроизводительных рабочих мест с применением цифровых технологий, тыс. ед. 1129,8 (7,1%) 2383,7 (13,9%) 1088 (5,5%) Наличие устройств для выхода в Интернет у лиц старшего возраста 33,7 Нет данных Нет данных Мобильный телефон с выходом в Интернет 11,9 Нет данных Нет данных Доля работников старше 50 лет, являющиеся ак-тивными пользователями сети Интернет, % 16,1 17,0 17,5 Уровень занятости лиц старшего возраста, % 28,8% 20,8% 20,1% *таблица составлена на основе данных Росстата [20] Так, более 51 % работодателей высказались, что возраст работника и соискателя работы имеет одно из важных значений, у каждого второго работодателя возраст соискателя работы старше 50 лет был причиной отказа в трудоустройстве. Одними из главных причин данной тенденции явилось то, что работники предпенсионного возраста чаще болеют и обладают низким уровнем  цифровой грамотности. Пенсионная реформа обязывает предприятия сохранять социально-трудовые отношения и рабочие места за работниками старшего (предпенсионного) возраста, что негативно сказы-вается на качестве трудовых ресурсов предприятия, не приводит к росту производительности труда и иным положительным экономическим и социальным показателям деятельности предприятия. Кроме того, согласно результатам социологического опроса, проведенного в рамках гранта РФФИ, вероятность кардинальных изменений в системе социально-трудовых отношений  в связи с цифровизацией рабочего места и пенсионной реформой  отметили все опрошенные респонденты предпенсионного возраста, в том числе 17,1 % из них ожидают понижения в должности и оплаты труда; 42,4 % готовы к осваиванию новых цифровых компетенций при сохранении условий трудовых договоров; на гибкие формы социально-трудовых отношений согласны 9,1 % респондентов; 10,7 % предпенсионеров ожидают потери работы.  Таким образом, представленный анализ российских и зарубежных эмпирических иссле-дований, а также авторские социологические опросы  позволяют сделать следующие выводы: - во-первых, пенсионные реформы в части повышения пенсионного возраста  на макро-уровне могут компенсировать негативный для экономики эффект старения населения;  - во-вторых, неоднозначность и противоречивость социально-экономических эффектов  от трансформации социально-трудовых отношений в условиях пенсионной реформы и циф-ровизации на уровне предприятия и работников нуждаются в дополнительных исследо-ваниях; - в-третьих, в целях эффективной реализации пенсионной реформы в России в условиях цифровизации необходимо продолжать намеченный Правительством РФ курс по развитию цифровой грамотности работников предпенсионного возраста, формируя необходимую цифровую культуру.